Карта сайта

Количество посетителий

Яндекс.Метрика

Об истории России и российско-польских отношений

Назад

"НИКОГДА БОЛЬШЕ". Из интервью А.Н.Артизова для "Российской газеты" (приложение "Родина"), 02.11.15

Из интервью Руководителя Федерального архивного агентства (Росархива) А.Н.Артизова – об исторической памяти, поиске компромиссов и необходимости примирения

 

Текст: Владимир Нордвик

02.11.2015

 

- Часто вам звонят сверху, из Кремля?

 

- Исключительно по делу. Без серьезного повода не беспокоят.

 

- Почему спрашиваю? Бытует мнение, что архивы порой используют для отвлекающего маневра. Скажем, надо переключить внимание общества с одной темы на другую, и в нужный момент с полочки достается папочка, с нее стряхивается пыль, и все вокруг вдруг начинают дружно говорить о перезахоронении останков членов царской семьи. Бывает ведь такое, согласитесь?

 

- Подобные вопросы любят задавать иностранные журналисты. Дескать, вас, господин Артизов, утвердило в должности руководство страны, наверняка оно же дает указания, какие документы публиковать можно, а что стоит попридержать... Всегда говорю одно: это - неправда. Еще раз по слогам: не-прав-да!

 

Я отвечаю за слова не только должностью, но и совестью, поэтому могу твердо заявить, что российские архивы взяли четкий курс на расширение доступа всех желающих к документам, хранимым в них. По нашим законам, любой гражданин России, иностранец и даже апатрид, лицо без подданства, может обратиться в архив, прийти в читальный зал и работать там. Никаких запретительных "указивок" на сей счет нет. Это осознанный выбор архивного сообщества. Мы же не для себя все эти материалы копим, а для людей.

 

- Ваше личное отношение к некрополю на Красной площади и Мавзолею?

 

- Нет у меня простого ответа. Думаю, и никто вам его не даст. Ясно понимаю другое: перед нами по-прежнему стоит задача - остановить гражданскую войну в умах сограждан, прекратить деление на красных и белых. Это разломило страну в начале двадцатого века, еще один рецидив случился в 1991 году, и трещина тянется до сих пор. К счастью, острота не та, что прежде, но она по-прежнему есть.

 

Да, не дело, когда в центре столицы современного европейского государства лежат покойники. В месте, где регулярно проходят торжественные мероприятия, военные парады, народные гуляния, а с некоторых пор - и развлекательные представления, где зимой заливают каток, и с утра до ночи звучит веселая музыка... Что и говорить, соседство странное.

 

С другой стороны, это необычное кладбище. Там похоронены Юрий Гагарин, Сергей Королев, Игорь Курчатов, Мстислав Келдыш, Максим Горький, Валерий Чкалов, Георгий Жуков, Константин Рокоссовский... Ими по праву гордилась советская держава. Их прах тоже прикажете выкопать и перезахоронить, скажем, на Новодевичьем? Или будем создавать новый пантеон героев?

 

Мы же говорим о преодолении гражданской войны в головах, а не об обострении хронической болезни, правда? Любые резкие телодвижения способны принести лишь вред. Наши люди опять засучат рукава и начнут хватать друг друга за грудки, выясняя, кто из них прав. И делать это будут при помощи не столько весомых, сколько увесистых аргументов. Слишком много еще болевых точек остается, которые мы не готовы воспринимать без излишней горячности и эмоциональности. Представителей старшего поколения тоже надо пощадить, пожалеть их чувства. В силу возраста большинство ветеранов не способно критически оценивать факты, ставшие достоянием гласности в последние десятилетия. И перезахоронение Ленина они воспримут трагически. Для них вождь мирового пролетариата - символ советской эпохи. Чтобы понять это, даже соцопросы проводить не требуется, все совершенно очевидно.

 

- Предлагаете дождаться, пока последние старики, которые ходят под красными знаменами, помрут, а потом с прахом Ленина разбираться?

 

- Предлагаю не вносить раскол в общество. Повторяю, нужно проявить терпение и уважение, чтобы из вопроса ушла идеологическая составляющая, и люди перестали реагировать на него столь болезненно и остро.

 

Согласен с Владимиром Лукиным, считающим, что на современном этапе важнее вынести душу Ленина из Мавзолея. А с телом потом разберемся.

 

- И кто сыграет роль душеприказчика вождя? В чьей это власти?

 

- Для того и нужен гражданский мир, а не гражданская война. Необходимо научиться слушать и слышать друг друга. Попытаться остыть, отбросить эмоции, подняться над схваткой. Очевидные вещи говорю? Но другого рецепта попросту нет!

 

Думаете, так только в России? Ничего подобного! Чтобы потомки жертв и палачей Великой французской революции смогли пожать друг другу руки и сесть за один стол, понадобились даже не десятилетия - века. Да, лучше всего лечит время, но где его взять? Сегодня каждый должен сам разбираться с собой. Я уже рассказывал, что в августе 91го сидел здесь, на Старой площади, и спасал партийные архивы. Был по одну сторону баррикад, а мой младший брат - по другую, он защищал Белый дом, шумел с митингующими на Лубянке... Теперь мы оба иначе смотрим на те события. Произошла переоценка. И кому из нас посыпать голову пеплом? И за что? Могу сказать определенно: я решительный противник коллективных покаяний. В советское время мы проходили это. С собственной совестью надо разговаривать наедине...

 

По пути коллективного бессознательного идут наши соседи. Первыми на эту дорожку ступили поляки, за ними потянулись прибалты, сейчас туда же затягивают украинцев. В странах Восточной Европы создаются институты национальной памяти. Слышали о них? Эти структуры вроде бы должны давать объективную оценку коммунистическим режимам, а фактически проводят следствие, превратившись во внештатные филиалы прокуратуры. Вот и принимаются решения об уничтожении памятников тоталитаризма, запрете любой прежней символики, переименовании улиц... Ну и кому от этого легче? Опять общество делят на красных и белых, победителей и проигравших. Хотя это граждане одной страны, а не захватчики и оккупанты.

 

Вы давно брали в руки современный учебник по истории? Когда я ходил в школу, адмирал Колчак считался врагом. Без полутонов. А сегодня ребятам объясняют, что Александр Васильевич боролся с политическими оппонентами жестокими методами, но при этом любил Россию, был полярным исследователем, ученым-океанографом. В свою очередь, Георгий Жуков - не только маршал Победы, но и человек, который своеобразно относился к цене чужой жизни, особенно солдатской...

 

- На мой взгляд, люди с недостатком культуры и образования, невысоким уровнем знаний - зачастую "дальтоники". Они не могут различать основные цвета, не готовы выбирать из спектра. Поэтому и портреты Сталина до сих пор лепят на лобовое стекло машин, а те, кто пытается их сорвать, рискуют быть избитыми, как недавно случилось со стариком в Тобольске...

 

- Да, неподготовленной аудитории сложно воспринимать картину, в которой много оттенков. Но это не повод рисовать все при помощи двух красок. Значит, надо людей учить, воспитывать. Нет иного пути к примирению и согласию.

 

- На проспекте Сахарова в Москве вскоре собираются установить монумент, посвященный жертвам политических репрессий. Не станет он местом раздора, которого вы так опасаетесь?

 

- Не должен... Там-то и будет возможность помянуть и красных, и белых, и всех остальных, кто сложил голову за Россию, сражаясь по разные линии фронта. Испанцы ведь смогли в Долине павших неподалеку от Эскориала возвести мемориал в память о погибших в гражданской войне.

 

Мы спотыкаемся порой, даже сбиваемся с пути, но альтернативы поступательному движению к цели нет.

 

И стеной от внешнего мира отгораживаться не станем, чтобы не лишать себя возможности обмениваться различной информацией - интеллектуальной, научной, культурной. Изоляция - путь в никуда. В том числе с точки зрения экономического и политического будущего для нашей страны.

 

А готовы ли мы к терпимости и толерантности? Если ничего не делать и ждать, ситуация не изменится в лучшую сторону. Всем надо учиться. Вот директор Госархива Сергей Мироненко не так давно сделал вызвавшее много шума заявление о 28 панфиловцах. Мол, документы опровергают, не было такого боя под Москвой. Но это ведь лишь часть правды. Потом Сергей Владимирович уточнил: героев - не двадцать восемь, а тысячи. Тех, кто остановил немцев под Москвой. Дивизия сражалась и геройски полегла. Но "сенсацию" уже подхватили и разнесли по свету. Каждый услышал ровно то, что захотел услышать.

 

Важно ведь не только, что говоришь, но где и когда. В год 70-летия Победы слова прозвучали неоднозначно. Но, конечно, из этого не следует, что мы должны скрывать правду, тем более врать.

 

- Правильно понимаю, что вы, скорее, солидаризируетесь с министром Мединским, который одернул Сергея Мироненко, высказавшись в том духе, что дело архивиста - хранить документы, а не комментировать их?

 

- Именно профессионалы и должны давать комментарии. А кто же, если не они? Другой вопрос - время и место. Говорить обязательно надо. Для этого, собственно, мы и публикуем документы, проводим выставки.

 

- А много еще недосказанного в архивах?

 

- Какие-то скелеты в шкафах есть, но их осталось совсем мало. В подведомственных мне федеральных архивах гриф секретности на сегодня сохраняют менее четырех процентов дел, остальные девяносто шесть доступны любому желающему. Приходите, смотрите, читайте, пишите. Мы это лишь приветствуем. Львиная доля информации открылась еще в 90-е годы, в том числе та, от которой волосы встают дыбом. В первую очередь это относится к документам периода сталинских репрессий. Мы и сейчас продолжаем выкладывать новые документы, но это уже не меняет сути, лишь добавляет штрихи к портрету.

 

- Как вам кажется, потребность узнать правду есть?

 

- У мыслящих людей - безусловно. У тех, кто за широту спектра и палитру красок. А интеллектуальным "дальтоникам", вы правы, ничего не нужно. Их вполне устраивает черно-белая картина мира, с ней проще жить. Но ориентироваться надо все-таки не на них, а на тех, кто различает цвета, в которые раскрашена жизнь. А в ней масса полутонов и оттенков. Мы, архивисты, это знаем...

 

"Родина" №1115 (11)